За нашу Советскую Родину!

Пролетарии всех стран, соединяйтесь !

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ
ВСЕСОЮЗНОЙ
КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ БОЛЬШЕВИКОВ

14 июня 1945 г. – ВЛКСМ награждён орденом Ленина за выдающиеся заслуги перед Родиной в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 г. 14 июня 1928 г. – Родился Эрнесто Че Гевара, выдающийся латиноамериканский революционер, один из лидеров Кубинской революции, коммунист-интернационалист.».

2021

Сталинградская битва

В конце весны 1942 года международное и внутреннее положение Советского Союза несколько улучшилось. Антифашистский фронт продолжал расширяться и укрепляться. В январе была подписана декларация 26 стран, в которой они согласились использовать все силы и средства для борьбы против агрессивных государств и не заключать с ними сепаратного мира или перемирия. С США и Англией была достигнута договоренность об открытии в 1942 году второго фронта в Европе. Все эти и другие обстоятельства, особенно разгром немецких войск под Москвой, срыв гитлеровских планов молниеносной войны против СССР, в значительной степени активизировали антифашистские силы во всех странах.

На советско-германском фронте наступило временное затишье. Обе стороны перешли к обороне.

В Ставке, Генеральном штабе и в частях подводились итоги пройденного этапа войны, критически рассматривались и осмысливались удачные и неудачные действия войск, глубже изучалось военное искусство противника, его сильные и слабые стороны.

Советский народ, воодушевленный крупной победой Красной Армии в районе Москвы, положившей начало коренному повороту в войне, успешно осуществлял перестройку народного хозяйства на военный лад. На вооружение советских войск стало поступать все больше новой танковой и авиационной техники, артиллерийского, реактивного оружия и боеприпасов.

В тылу страны формировались новые стратегические резервы всех родов войск.

На вооружение войск поступали модернизированные артиллерийские 45-миллиметровые противотанковые пушки, новые 76-миллиметровые пушки. Формировались новые артиллерийские части и соединения. Проводились большие организационные мероприятия по противовоздушной обороне войск и страны в целом. Наши военно-воздушные силы получили возможность приступить к формированию воздушных армий. Уже в июне имелось 8 воздушных армий. В значительной степени начали пополняться соединения авиации дальнего действия и корпуса резерва Главного Командования. Общая численность действующей армии возросла до 5,5 миллиона человек, количество танков составило 4065, орудий и минометов — 43 642, боевых самолетов — 3164 . В войсках широко развернулась боевая подготовка, всесторонне осваивался опыт войны и новая боевая техника.

Готовилось к летней кампании и немецко-фашистское командование, по-прежнему считавшее главным для себя советский фронт. Гитлеровское руководство направляло на Восточный фронт всё новые и новые союзнические войска. Фашистская Германия и ее союзники имели на фронтах от Баренцева до Черного моря 217 дивизий и 20 бригад, причем 178 дивизий, 8 бригад и 4 военно-воздушных флота были чисто германскими. На остальных фронтах и в оккупированных странах благодаря отсутствию второго фронта Германия держала не более 20 процентов своих вооруженных сил.

К маю 1942 года враг на советско-германском фронте имел более чем шестимиллионную армию (в том числе 810 тысяч союзнических войск), 3230 танков и штурмовых орудий, до 43 тысяч орудий и минометов, 3400 боевых самолетов. В людях немецкие войска по-прежнему имели превосходство.

Политическая и военная стратегия Гитлера на ближайший период 1942 года сводилась к тому, чтобы разгромить наши войска на юге, овладеть районом Кавказа, выйти к Волге, захватить Сталинград, Астрахань и тем самым создать условия для уничтожения СССР как государства.

Планируя наступательные действия на лето 1942 года, немецкое командование хотя и имело численное превосходство в людях над советскими вооруженными силами, но уже не располагало возможностями для одновременного наступления на всех стратегических направлениях, как это было в 1941 году по плану «Барбаросса».

К весне 1942 года немецкие войска растянулись от Баренцева до Черного моря. Вследствие этого их оперативная плотность резко снизилась.

Проведя ряд тотальных мероприятий, гитлеровскому командованию удалось хорошо укомплектовать группу армий «Юг» и сосредоточить в ней силы, значительно превосходившие возможности наших войск юго-западного направления.

Директивой Гитлера № 41 от 5 апреля 1942 года предусматривалось отторгнуть от Советского Союза богатейшие промышленные и сельскохозяйственные районы, получить дополнительные экономические ресурсы (в первую очередь кавказскую нефть) и занять господствующее стратегическое положение для достижения своих военно-политических целей.

Гитлер и его окружение надеялись, что, как только немецкие войска достигнут успеха на юге нашей страны, они смогут нанести удары и на других направлениях и вновь атаковать Ленинград и Москву.

На московском стратегическом направлении предполагалось ограничиться проведением частных наступательных операций с целью ликвидации советских войск, глубоко вклинившихся в расположение немецкой обороны. Этим преследовалась двоякая цель. Во-первых, улучшить оперативное положение своих войск и, во-вторых, отвлечь внимание советского командования от южного стратегического направления, где они готовили главный удар.

Планируя захват Кавказа и Волги, гитлеровцы стремились лишить Советский Союз путей сообщения с нашими союзниками через Кавказ.

8 мая немецкие войска, сосредоточив против Крымского фронта свою ударную группировку и введя в дело многочисленную авиацию, прорвали оборону. Наши войска, оказавшись в тяжелом положении, были вынуждены оставить Керчь.

Заняв Керчь, немецкое командование сосредоточило все силы против Севастополя. 4 июля после девяти месяцев осады, Севастополь был оставлен нашими войсками. Крым был полностью потерян.

В результате потери Крыма, поражения наших войск в районе Барвенково, в Донбассе и под Воронежем противник вновь захватил стратегическую инициативу и, подведя свежие резервы, начал стремительное продвижение к Волге и на Кавказ. К середине июля, отбросив наши войска за Дон от Воронежа до Клетской и от Суровикина до Ростова, войска противника завязали бой в излучине Дона, стремясь прорваться к Сталинграду.

В результате вынужденного отхода наших войск в руки врага попали богатейшие области Дона и Донбасса. Создалась прямая угроза выхода противника на Волгу и на Северный Кавказ, угроза потери Кубани и всех путей сообщения с Кавказом, потери важнейшего экономического района, снабжавшего нефтью армию и промышленность.

Верховный Главнокомандующий издал известный приказ № 227. Этим приказом вводились жесткие меры борьбы с паникерами и нарушителями дисциплины, решительно осуждались «отступательные» настроения. В приказе говорилось, что железным законом для действующих войск должно быть требование «Ни шагу назад!». Приказ был подкреплен усиленной партийно-политической работой.

Центральный Комитет ВКП(б), подводя итоги партийно-политической работы на фронтах и флотах, принял ряд решений по улучшению организационно-партийной и массово-политической работы в войсках. К концу 1941 года в армии и на флоте коммунистов было уже 1,3 миллиона, в два раза больше, чем в начале войны.

Войска Юго-Западного фронта во время отступления от Харькова понесли большие потери и не могли успешно сдерживать продвижение противника. Южный фронт по этой же причине оказался не в состоянии остановить противника на кавказском направлении.

Необходимо было преградить путь немецким войскам к Волге. 12 июля Ставка создала новый, Сталинградский фронт, включив в него 62-ю армию под командованием генерал-майора В. Я. Колпакчи, 63-ю армию генерал-лейтенанта В. И. Кузнецова, 64-ю армию, а также 21-ю армию из состава ликвидированного Юго-Западного фронта.

Военный совет бывшего Юго-Западного фронта в полном составе принял вновь образованный Сталинградский фронт. Для усиления фронта были переданы формировавшиеся 1-я и 4-я танковые армии, уцелевшие части 28, 38-й и 57-й армий. В оперативное подчинение командования фронта перешла также Волжская военная флотилия.

На подступах к Сталинграду развернулась подготовка оборонительных и укрепленных рубежей.

Сталинградский фронт к 17 июля занял следующую линию обороны: Павловск-на-Дону и далее по левому берегу Дона до Серафимовича, затем Клетская, Суровикино вплоть до Верхне-Курмоярской.

К концу июля в состав Сталинградского фронта входило 38 дивизий, только 18 из них были полностью укомплектованы, 6 имели от 2,5 до 4 тысяч человек, а 14 — от З00 до 1000 человек. Этим малочисленным войскам пришлось развернуться на 630-километровом фронте.

Всего в составе фронта в тот период насчитывалось 187 тысяч человек, 360 танков, 337 самолетов, 7900 орудий и минометов.

Против фронта неприятель сосредоточил 250 тысяч человек, около 740 танков, 1200 самолетов, 7500 орудий и минометов. Таким образом, соотношение сил составляло: по людям — 1,4:1, по орудиям и минометам — 1:1, по танкам — 2:1, по самолетам 3,5:1 в пользу противника.

В дальнейшем из-за упорного сопротивления наших войск на подступах к Сталинграду противник вынужден был перебросить с кавказского направления для удара со стороны Котельникова 4-ю танковую армию и дополнительно развернуть часть сил армий сателлитов.

В соответствии с директивой верховного немецкого командования (ОКБ) № 45 от 23 июля 1942 года группа армий «Б», прикрываясь с севера по среднему течению Дона (где последовательно развертывались венгерские, итальянские и румынские войска), намеревалась стремительно захватить Сталинград, Астрахань и твердо закрепиться на Волге, отрезав Кавказ от центра Советского Союза. Для обеспечения этой задачи были выделены основные силы 4-го воздушного флота (1200 боевых самолетов).

26 июля бронетанковые и моторизованные немецкие войска прорвали оборону 62-й армии и вышли в район Каменского. Для противодействия прорыву Ставка приказала немедленно ввести в бой формируемые 1-ю и 4-ю танковые армии, имевшие всего лишь 240 танков, и две стрелковые дивизии, которые не смогли остановить, но несколько задержали продвижение врага.

Тяжелые сражения развернулись и на участке 64-й армии, но противнику не удалось с ходу прорваться в Сталинград. В течение первой половины августа на подступах к городу шли ожесточенные сражения.

28 июля в разгар оборонительных боев был подписан и немедленно отправлен в войска приказ № 227 Народного комиссара обороны И. В. Сталина. Приказ № 227 — один из самых сильных документов военных лет по глубине патриотического содержания, по степени эмоциональной напряженности.

Вот его некоторые положения:

«Враг бросает на фронт все новые силы и, не считаясь с большими для него потерями, лезет вперед, захватывает новые районы, опустошает и разоряет наши города и села, насилует, грабит и убивает советское население».

«Некоторые неумные люди на фронте утешают себя разговорами о том, что мы можем и дальше отступать на восток, так как у нас много территории, много земли, много населения и что хлеба у нас всегда будет в избытке... Такие разговоры являются насквозь фальшивыми и лживыми, выгодными лишь нашим врагам.

Каждый командир, красноармеец а политработник должны понять, что наши средства не безграничны, территория Советского государства — это не пустыня, а люди — рабочие, крестьяне, интеллигенция — наши отцы, матери, жены, братья, дети. После потери Украины, Белоруссии, Прибалтики, Донбасса и других областей у нас стало намного меньше территории,— стало быть, стало намного меньше людей, хлеба, металла, заводов, фабрик. Мы потеряли более 70 миллионов населения, более 800 миллионов пудов хлеба в год и более 10 миллионов тонн металла в год. У нас уже сейчас нет преобладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба. Отступать дальше — значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину».

«Из этого следует, что пора кончить отступление. Ни шагу назад!»

«Надо упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр советской территории, цепляться за каждый клочок советской земли и отстаивать его до последней возможности».

«Можем ли мы выдержать удар, а потом и отбросить врага на запад? Да, можем, ибо наши фабрики и заводы в тылу работают теперь прекрасно, и наш фронт получает все больше и больше самолетов, танков, артиллерии, минометов.

Чего же у нас не хватает?

Не хватает порядка и дисциплины в ротах, в батальонах, в полках, в дивизиях, в танковых частях, авиаэскадрильях. Мы должны установить в нашей армии строжайший порядок и железную дисциплину, если мы хотим спасти положение и отстоять нашу Родину».

В приказе, прежде всего, привлекает внимание его социальное и нравственное содержание. Он обращает на себя внимание суровостью правды, нелицеприятностью разговора наркома и Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина с советскими воинами, начиная от рядового бойца и заканчивая командармом. Жёсткость и категоричность требований приказа шли от имени Родины, народа, и важно было не то, какие будут введены меры наказания, хотя и это имело значение, а то, что он повышал сознание ответственности у воинов за судьбу своего Социалистического Отечества.

В связи с тем, что войска Сталинградского фронта растянулись на 700 километров и возникли трудности управления войсками, Ставка решила разделить этот фронт на два: Сталинградский и Юго-Восточный. Это было сделано 5 августа.

Сталинградский фронт был в оперативном отношении подчинен командующему Юго-Восточным фронтом.

23 августа 14-й танковый корпус противника прорвался в район Вертячего и, рассекая сталинградскую оборону на две части, вышел к Волге в районе Латошинка — Рынок. 62-я армия была отрезана от основных сил Сталинградского фронта, вследствие чего была передана в состав Юго-Восточного фронта.

Попытки контрнаступления 3 сентября силами 1-й гвардейской армии и 5 сентября силами 24-й, 1-й гвардейской и 66-й армий не привели к разгрому группировки врага, прорвавшейся к Дону, но сорвали замысел противника окружить и уничтожить 62-ю армию, сыгравшую в дальнейшем вместе с 64-й армией основную роль в обороне Сталинграда.

Весьма результативным оказался контрудар 51-й армии, осуществлённый в конце сентября. В ходе этого удара было захвачено дефиле между озёрами Цаца и Барманцак, явившееся впоследствии исходным пунктом для контрнаступления.

Контрудары Сталинградского фронта, проведенные в течение октября во взаимодействии с войсками Донского фронта, серьёзно ослабили вражескую группировку, наступавшую на Сталинград.

В боях между Доном и Волгой за июль – ноябрь 1942 года немецкие войска потеряли около 700 тыс. солдат и офицеров, более тысячи танков, свыше 2 тыс. орудий и миномётов, более 1400 самолётов.

В середине октября немецкое командование было вынуждено отдать приказ № 1 о переходе к обороне. Войскам предписывалось «во что бы то ни стало удерживать достигнутые рубежи, отражать всякие попытки со стороны противника прорвать их и тем самым создать предпосылки для продолжения нашего наступления в 1943 году». Оно утверждало себя во мнении, будто русские войска в ходе последних боев были серьезно ослаблены и не смогут зимой 1942/43 года располагать столь большими силами, которые имелись у них в прошлую зиму.

Наши Вооруженные Силы, несмотря на понесенные потери, к осени 1942 года значительно окрепли. К этому времени было создано слаженное, быстро растущее военное хозяйство. Увеличивался выпуск танков Т-34, самолетов новых конструкций, орудий, особенно противотанковых и зенитных, реактивной артиллерии и автоматического оружия. На этой материальной основе совершенствовалась организационная структура войск. Появилась возможность уже зимой 1942/43 года начать осуществление крупных наступательных операций.

Ставке Верховного Главнокомандования было известно, что 6-я и 4-я танковая немецкие армии оказались сосредоточенными на узком участке фронта, непосредственно в районе города, а их фланги прикрывались румынскими войсками. Было также известно, что огромные потери, которые продолжал нести враг в надежде все же овладеть городом, и особенно то, что он не имел здесь сколько-нибудь внушительных резервов, еще более ограничивали его оборонительные возможности.

В сложившейся обстановке было принято решение организовать и провести контрнаступление, причём такое, которое не только радикально изменило бы обстановку в этом районе, но и привело бы к крушению все еще активно действующего южного крыла вражеского фронта. Это решение было принято в середине сентября, после обмена мнениями между И. В. Сталиным, Г. К. Жуковым и А.М. Василевским. Суть стратегического замысла сводилась к тому, чтобы из района Серафимовича (то есть северо-западнее Сталинграда) и из дефиле озер Цаца и Барманцак (то есть южнее Сталинграда) в общем направлении на Калач, лежащий западнее Сталинграда, нанести мощные концентрические удары по флангам втянувшейся в затяжные бои за город вражеской группировки, а затем окружить и уничтожить ее основные силы — 6-ю и 4-ю танковую немецкие армии.

Государственный Комитет Обороны и Ставка Верховного Главнокомандования решили считать подготовку и осуществление этого контрнаступления главнейшим мероприятием в стране до конца 1942 года. Для его успешного проведения планировалось привлечь основные силы и средства, имевшиеся в распоряжении Ставки. При этом И.В. Сталин ввел режим строжайшей секретности на всю начальную подготовку операции. Участникам разработки операции в категорической форме было предложено никому ничего не сообщать о ней, даже членам ГКО.

Эта работа была завершена в конце сентября. Тогда же, в сентябре, основные положения плана наступательной операции, получившей наименование «Уран», были одобрены Ставкой Верховного Главнокомандования и ГКО. Выполнение плана было решено возложить на войска вновь создаваемого Юго-Западного фронта, Донского фронта, бывшего Сталинградского и Сталинградского фронта, бывшего Юго-Восточного. Фронты непосредственно подчинялись Ставке.

В целях сохранения тайны официальное оформление решения о создании Юго-Западного фронта было отнесено на конец октября.

Юго-Западному фронту предусматривалось передать из Донского фронта 63-ю и 21-ю армии и дополнительно 5-го танковую армию. Исходным рубежом для его наступления намечался участок фронта по Дону от Верхнего Мамона до Клетской с главной группировкой на плацдарме юго-западнее Серафимовича. После образования этого фронта за войсками Донского фронта должен был остаться участок от Клетской до Ерзовки, то есть почти до самой Волги, с плацдармами на западном берегу Дона возле Ново-Григорьевской и Сиротинской. Сталинградский фронт обязывался главный удар нанести из дефиле между озерами Цаца и Барманцак. Решающая роль в операции отводилась танковым и механизированным войскам. В связи с этим предусматривалось и считалось возможным передать из резервов Ставки в район Сталинграда к началу операции 4 танковых и 2 механизированных корпуса, доведя общее количество танков во фронтах сталинградского направления до 900. Решено было также значительно усилить эти фронты артиллерией и авиацией.

В результате такого быстрого наращивания сил и накопления стратегических резервов, а также с учетом серьезных потерь, которые наносили противнику наши войска в ходе стратегической обороны, на ряде участков сталинградского направления наметилось наше преимущество перед врагом.

После этого детальная разработка плана была передана в Генеральный штаб. В первых числах октября в работу включились командующие войсками и штабы фронтов; им было приказано подготовить предложения по использованию сил каждого фронта для совместной наступательной операции «Уран».

25 октября, как и предусматривалось принятым решением, был создан Юго-Западный фронт. С этого времени началась практическая отработка с войсками и командованием во всех фронтах и непосредственно на местности вопросов, связанных с предстоящей операцией. Основное внимание при работе в войсках уделялось, прежде всего, практической отработке мероприятий по быстрому взламыванию и прорыву обороны противника в ее тактической глубине, тщательному выбору форм использования каждого из родов войск при действиях в оперативной глубине противника с учетом особенностей выполняемых задач, вопросов взаимодействия между ними и управления войсками.

Примечательная черта контрнаступления под Сталинградом — скрытность его подготовки. Специальная директива Генерального штаба определила мероприятия, которые исключали бы просачивание сведений о масштабе контрнаступления, времени проведения, направлении главных ударов, способах действий. В частности, переписка и телефонные разговоры, связанные с предстоящим контрнаступлением, были категорически запрещены; распоряжения отдавались в устной форме и только непосредственным исполнителям; сосредоточение войск из резерва Ставки Верховного Главнокомандования и перегруппировка войск внутри фронтов производились только ночью. Все это основательно спутало карты немецкого командования.

Немецкое командование, основываясь на данных своей разведки считало, что решающую операцию Красная Армия предпримет на центральном участке фронта против Смоленска и менее крупную — на Дону; что для развертывания широкого наступления Красная Армия не имеет достаточного количества сил; что действия Красной Армии на Волге будут преследовать ограниченную цель: оттеснить немецкие части, находящиеся в районе Сталинграда. Лишь 12 ноября немецкая разведка сделала вывод, что «в скором времени следует ожидать наступательные операции против 3-й румынской армии», но не смогла определить наших сил.

В то время как наши войска на сталинградском направлении все свое внимание сосредоточили на подготовке контрнаступления, положение войск в самом Сталинграде продолжало ухудшаться. 11 ноября противник вновь возобновил ожесточенные атаки против войск 62-й армии В. И. Чуйкова в городе, введя туда части, ранее действовавшие против Донского фронта. К исходу дня ему удалось занять южную часть завода «Баррикады» и здесь также выйти к Волге. Положение 62-й армии усугубилось начавшимся на Волге ледоставом.

В первые дни операции ведущую роль играл Юго-Западный фронт, штаб которого находился в городе Серафимович. Наступление Юго-Западного и правого крыла Донского фронтов началось, как и намечалось планом, с утра. Сильный туман и снегопад исключили возможность использовать в период подготовки удара и в момент самой атаки боевую, особенно штурмовую, авиацию и резко снижали эффективность артиллерийского огня. В первые два часа отдельные дивизии 5-й танковой армии, преодолев первую позицию главной полосы обороны врага, продвинулись в глубину на 2—3 км. Однако некоторые из войсковых соединений, встречая сопротивление противника и отражая его постоянные контратаки, наступали крайне медленно. Чтобы обеспечить обязательный прорыв в этот день всей тактической зоны фашистской обороны, командующий фронтом принял решение немедленно ввести в дело 1-й танковый корпус В. В. Будкова и 26-й танковый корпус А. Г. Родина. Их танковые бригады с ходу прорвали оборону врага и, разгромив попавшие под удар румынские войска, продви

нулись за день на 20 км.

Примерно так же развертывались события и в 21-й армии И. М. Чистякова. Наибольший успех выпал в тот день на долю 4-го танкового корпуса А. Г. Кравченко, продвинувшегося на 30—35 км. 20 ноября в соответствии с планом, причем в еще более сложных метеорологических условиях, но столь же удачно, начал контрнаступление Сталинградский фронт.

В течение 21 ноября войска Юго-Западного, Сталинградского и Донского фронтов, нанося противнику огромный урон, вышли в глубокий тыл основной его группировке и дезорганизовали управление фашистских войск.

23 ноября, в результате ударов по сходящимся направлениям в сторону Калача, Юго-Западный и Сталинградский фронты, при активной помощи правого крыла Донского фронта, замкнули кольцо окружения вокруг главной группировки немцев, действовавшей в районе Сталинграда.

Это было первое крупное окружение, в котором оказались немецко-фашистские войска с начала войны. Наступавшие вслед за подвижными войсками стрелковые дивизии все теснее и теснее сжимали кольцо, создавая сплошной внутренний фронт окружения. Одновременно, командование Юго-Западного и Сталинградского фронтов принимало меры к тому, чтобы как можно быстрее и дальше отодвинуть внешний фронт окружения и, тем самым, еще более изолировать окруженную группировку врага от его войск.

1-я гвардейская армия 5-я танковая армия Юго-Западного фронта и 51-я армия Сталинградского фронта, усиленные танковыми соединениями, преследуя отходящего противника, получили задачу отбросить на запад разбитые части противника подальше от окружённой Сталинградской группировки и создать прочный внешний фронт, необходимый для успешной ликвидации окружённого врага.

Таким образом, первый, наиболее ответственный этап наступательной операции был завершен. Советские войска приступили к следующему этапу, задачей которого являлась ликвидация окружённой группировки.

К исходу 23 ноября общая протяженность внешнего фронта окружения составляла более 450 км. Из них нашими войсками было прикрыто не более 265 км. Минимальное удаление от внутреннего фронта окружения на самых ответственных направлениях не превышало 15—20 км. Но и у гитлеровцев не имелось сплошной линии обороны против наших войск. Более того, участке Лихая - Ростов, образовалась огромная брешь, не занятая фашистами. Отсутствие у противника в непосредственном оперативном тылу резервов усугубляло остроту его положения.

По разведывательным данным фронтов, принимавших участие в контрнаступлении, а также разведывательных органов Генерального штаба, общая численность окруженной группировки, которой командовал генерал-полковник Паулюс, определялась в то время в 85—90 тыс. человек. Фактически же в ней насчитывалось, как выяснилось позже, более 300 тыс. Значительно преуменьшенными были представления и о боевой технике, особенно артиллерии и танках, и вооружении, которыми располагали окруженные фашисты. Не были учтены пополнения, которые поступали в соединения 6-й полевой и 4-й танковой немецких армий в процессе их наступления и обороны, и огромного количества частей и подразделений всякого рода специальных и вспомогательных войск, попавших в котел. Между тем личный состав этих войск был использован в дальнейшем для пополнения боевых частей.

В первой половине декабря операция по уничтожению окруженного противника войсками Донского и Сталинградского фронтов развивалась крайне медленно.

Фашистские войска, ожидая обещанную лично Гитлером поддержку, дрались упорно за каждую позицию. Наступление наших войск, в связи с отвлечением значительной их части для ликвидации немецкой группировки, перешедшей в наступление из района Котельникова, не давало желаемых результатов.

Для немцев разгром в районе Сталинграда грозил разрастись в катастрофу большого стратегического масштаба.

Чтобы спасти общее положение, гитлеровское командование, прежде всего, считало необходимым стабилизировать фронт обороны своих войск на Сталинградском направлении и под его прикрытием отвести с Кавказа группу армий «А». Для этих целей оно сформировало новую группу армий «Дон», командующим которой был назначен генерал-фельдмаршал Манштейн.

По мнению гитлеровского руководства, это был самый подходящий и наиболее способный из командующих. Для формирования этой группы армий перебрасывались войска с других участков советско-германского фронта и частично из Франции и Германии.

Для спасения окруженных в районе Сталинграда войск генерал-фельдмаршал Манштейн предполагал создать две ударные группы. Одну — в районе Котельникова, другую — в районе Тормосина.

Вермахт в этот момент испытывал острый недостаток резервов. Войска, которые удавалось собрать, двигались очень медленно по растянутым коммуникациям. А наши партизаны в тылу врага, зная, для какой цели спешат немецкие войска в южном направлении, делали все, чтобы задержать их продвижение. Невзирая на жесточайший террор фашистов и, несмотря на все меры предосторожности с их стороны, советские патриоты пустили под откос не один десяток эшелонов с гитлеровскими войсками.

Гитлер, предчувствуя гибель своих войск под Сталинградом, торопил Манштейна начать операцию, не ожидая полного сосредоточения войск.

Манштейн начал её 12 декабря только из района Котельникова, вдоль железной дороги.

В котельниковскую группу Манштейн включил 6-ю, 23-ю, а затем 17-ю танковые дивизии, отдельный танковый батальон, оснащенный тяжелыми танками «тигр», четыре пехотные дивизии и ряд частей для усиления группы, а также две румынские кавалерийские дивизии. За три дня боев противнику удалось продвинуться вперед к Сталинграду на 45 километров и даже переправиться через реку Аксай-Есауловский.

В районе Верхне-Кумского разгорелось ожесточенное сражение, в котором обе стороны несли большие потери. Враг, не считаясь с жертвами, рвался к Сталинграду. Но советские войска, закаленные в предшествовавших боях, упорно защищали оборонительные рубежи. Только под давлением вновь подошедшей сюда 17-й танковой дивизии и из-за резко усилившейся авиационной бомбардировки части 51-й армии и кавалерийского корпуса генерала Т. Т. Шапкина отошли за реку Мышкову.

Теперь противник находился в 40 километрах от Сталинграда, и ему казалось, что победа близка и реальна.

Согласно указаниям Ставки была подтянута и введена здесь в сражение усиленная 2-я гвардейская армия, хорошо оснащенную танками и артиллерией, удар которой окончательно решил участь сражения в пользу советских войск.

16 декабря начали наступление войска Юго-Западного фронта и 6-я армия Воронежского фронта, переданная в состав Юго-Западного фронта, с целью разгрома немцев в районе Среднего Дона и выхода в тыл тормосинской группировки.

1-я гвардейская армия под командованием генерал-лейтенанта В. И. Кузнецова, 3-я гвардейская армия под командованием генерал-лейтенанта Д. Д. Лелюшенко (к этому времени 1-я гвардейская армия была разделена на две армии: на 1-го и 3-ю гвардейские), 6-я армия под командованием генерал-майора Ф. М. Харитонова (переданная в состав Юго-Западного фронта и усиленная 17-м танковым корпусом П. П. Полубоярова), разгромив 8-ю итальянскую армию, стремительно развили удар в общем направлении на Морозовск. В первом оперативном эшелоне наступали 24-й и 25-й танковые корпуса и 1-й гвардейский механизированный корпус. Уступом справа в район Миллерово выходили 17-й и 18-й танковые корпуса.

Стремительные действия войск Юго-Западного фронта на этом направлении заставили Манштейна израсходовать силы, предназначавшиеся для удара из района Тормосина, обратив их против Юго-Западного фронта, выходящего во фланг и тыл всей группы армий «Дон».

Войдя в прорыв северо-западнее Богучара 17 декабря в 18 часов 30 минут, 24-й танковый корпус прошел с боями около 300 километров, уничтожив по пути к станции Тацинская 6700 вражеских солдат и офицеров и захватив громадное количество военного имущества. Утром 24 декабря, подойдя к станции, корпус с ходу атаковал ее с разных сторон. Гвардии капитан И. А. Фомин с группой бойцов ворвался на станцию Тацинская, перерезав железнодорожную магистраль Лихая — Сталинград. Уничтожив вражескую охрану, он захватил эшелон разобранных новых самолетов.

В это же время танкисты под командованием капитана Ф. Ф. Нечаева ворвались на аэродром, где стояло более двухсот немецких транспортных самолетов, готовых к вылету. Но взлететь им не удалось, они были раздавлены нашими танками. Пять суток танковый корпус удерживал Тацинскую, ведя напряжённый бой в окружении с подошедшими резервами противника. Утром 29 декабря корпус, получив приказ, прорвал окружение и в полном порядке отошел в Ильинку, а через несколько дней уже успешно атаковал Морозовск.

Учитывая значительный вклад в общее дело разгрома вражеских войск в районе Волги, Дона, 24-й корпус был преобразован во 2-й гвардейский танковый корпус и получил почетное наименование Тацинского, а комкор В. М. Баданов был первым в стране награжден орденом Суворова II степени. Многие солдаты, командиры и политработники были награждены правительственными наградами.

Успешные удары войск Юго-Западного и Сталинградского фронтов на котельниковском и морозовском направлениях окончательно решили судьбу окруженных войск Паулюса в районе Сталинграда.

Войска Юго-Западного и Сталинградского фронтов, выполнив поставленные задачи и учинив стремительный разгром врага, сорвали план Манштейна по деблокированию войск Паулюса. В начале января войска Н. Ф. Ватутина вышли на линию Новая Калитва — Кризское — Чертково — Волошино — Миллерово — Морозовск, создав прямую угрозу всей кавказской группировке немцев.