Константин Симонов - Суровая годовщина (1941)
- Подробности
- Создано 05 Март 2026
Константин Симонов - Суровая годовщина (1941)
Товарищ Сталин, слышишь ли ты нас?
Ты должен слышать нас, — мы это знаем.
Не мать, не сына, в этот грозный час
Тебя мы самым первым вспоминаем.
Еще такой суровой годовщины
Никто из нас не знал за жизнь свою,
Но сердце настоящего мужчины
Лишь крепче закаляется в бою.
В дни празднеств проходя перед тобою,
Не думая о горестях войны,
Все те, кто праздник свой привык с тобою
В былые дни встречать у стен Кремля,
Встречают этот день на поле боя.
И кровью их обагрена земля.
Они везде — от пламенного юга,
От укреплений под родной Москвой
Дo наших мест, где северная вьюга
В окопе заметает с головой.
Одетые попраздничному люди,
Мы под оркестры шли за рядом ряд,
Над головой гремел салют орудий,
Теперь орудья, смерть неся, гремят.
И мы, сменив пальто свои, надели.
Когда суровый час нам приказал.
Такие же солдатские шинели,
В которой на трибуне ты стоял.
Ты помнишь, как высокие знамена.
Как море, шли, катя за валом вал.
Московские заводы поименно
По стягам ты с трибуны узнавал.
Теперь они обветрены от стужи,
Пробиты пулями, обожжены.
От этого они не стали хуже,
Они огнем войны освящены.
Есть те, кто в этот день в сраженья
Во славу милой родины падет,
В их взоре, как последнее виденье.
Сегодня площадь Красная пройдет.
Товарищ Сталин, сердцем и душою
С тобою до конца твои сыны,
Мы твердо верим, что придём с тобою
К победному решению войны.
И жертвы, и потери, и страданья,
И битвы верность русскую крепят.
Мы знаем, что ещё на площадь выйдем,
Добыв победу собственной рукой,
Мы знаем, что тебя еще увидим
Над праздничной народною рекой,
Как наше счастье, мы увидим снова
Твою шинель солдатской простоты,
Твои родные, после битв суровых
Немного постаревшие, черты.
Ты должен слышать нас, — мы это знаем.
Не мать, не сына, в этот грозный час
Тебя мы самым первым вспоминаем.
Еще такой суровой годовщины
Никто из нас не знал за жизнь свою,
Но сердце настоящего мужчины
Лишь крепче закаляется в бою.
В дни празднеств проходя перед тобою,
Не думая о горестях войны,
Все те, кто праздник свой привык с тобою
В былые дни встречать у стен Кремля,
Встречают этот день на поле боя.
И кровью их обагрена земля.
Они везде — от пламенного юга,
От укреплений под родной Москвой
Дo наших мест, где северная вьюга
В окопе заметает с головой.
Одетые попраздничному люди,
Мы под оркестры шли за рядом ряд,
Над головой гремел салют орудий,
Теперь орудья, смерть неся, гремят.
И мы, сменив пальто свои, надели.
Когда суровый час нам приказал.
Такие же солдатские шинели,
В которой на трибуне ты стоял.
Ты помнишь, как высокие знамена.
Как море, шли, катя за валом вал.
Московские заводы поименно
По стягам ты с трибуны узнавал.
Теперь они обветрены от стужи,
Пробиты пулями, обожжены.
От этого они не стали хуже,
Они огнем войны освящены.
Есть те, кто в этот день в сраженья
Во славу милой родины падет,
В их взоре, как последнее виденье.
Сегодня площадь Красная пройдет.
Товарищ Сталин, сердцем и душою
С тобою до конца твои сыны,
Мы твердо верим, что придём с тобою
К победному решению войны.
И жертвы, и потери, и страданья,
И битвы верность русскую крепят.
Мы знаем, что ещё на площадь выйдем,
Добыв победу собственной рукой,
Мы знаем, что тебя еще увидим
Над праздничной народною рекой,
Как наше счастье, мы увидим снова
Твою шинель солдатской простоты,
Твои родные, после битв суровых
Немного постаревшие, черты.
К. СИМОНОВ.
КАРЕЛЬСКИЙ ФРОНТ, 6 ноября. (По телеграфу).
«Красная Звезда» №263 (5018) от 7 ноября 1941 года, пятница






